огда она очнулась от обморока, не давая забыть, как близко от нее прошла смерть.

Сейчас все было иначе. Возможно, потому, что до встречи с вечностью у нее осталось двадцать минут, а не две секунды. Двадцать минут до того, как настоящее и прошлое сольются в серое бесформенное ничто.

Она оторвала взгляд от жуткой смертоносной бездны и посмотрела ему в глаза.

– Я этого глотать не буду.

Он вздохнул и снова порылся в сумке, достав на этот раз маленькую пластиковую бутылку с водой. Откупорив ее, он приблизился к Анджеле и сразу пресек ее попытку уклониться, усевшись ей на ноги. Больно не было, хотя вес его тела основательно вдавил ее в мягкий матрас, но шевельнуться она не могла.

– Анджела, вы же понимаете, что я могу заставить вас проглотить ее: вложу капсулу вам в рот и зажму нос. Вам останется либо задохнуться, либо глотнуть.

Она беспомощно покачала головой. Если он собирается ее убить, ему придется делать это без ее помощи. Слезы ручьями полились по ее щекам, и она могла лишь подивиться тому, какой была дурой, плача в уборной из-за такой ерунды, как смущение. Если б она знала, что ей предстоит, как высоки ставки в этой игре, то не тратила бы на это своих эмоций.

Если б она точно знала, а не смутно предполагала, чем кончится эта ночь, она бы орала изо всех сил каждый раз, когда он приказывал ей заткнуться. По крайней мере, тогда она умерла бы сразу, без этих мучительных двадцати минут, данных ей этим безжалостным убийцей на размышления.

Если бы все началось сначала, она никогда бы не подобрала этот пистолет. Она сидела бы в своей машине, отвернувшись, зажмурившись и зажав уши, притворяясь, что не видит и не слышит, тогда ничего бы этого не произошло. Зачем только она обнаружила свое присутствие в гараже? Но теперь жалеть об этом было слишком поздно.

Он поставил бутылочку на прикроватную тумбочку и взял ее сильными пальцами за подбородок, заставляя взглянуть ему в глаза.

– Вы ведь знаете, что есть еще два места в вашем теле, куда можно поместить капсулу. И результат будет тот же самый. Я надеялся, что мы сможем проделать все это, не теряя достоинства.

Анджела не сразу поняла, что он имеет в виду, когда же до нее дошло, о чем он говорит, ее захлестнул гнев от того унижения, которому он мог подвергнуть ее, и ярость, что она не может оказать ему достойного сопротивления.

– Она не войдет.

Это была глупость, но ничего другого Анджеле не пришло в этот момент в голову. Она вздрогнула, когда он расхохотался, но эта его реакция смогла остановить слезы,


20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>