из-под полуприкрытых век.

– Почему это должно меня удивлять?

– Мы не можем этого допустить. – Если бы Джастин не вытащила это на свет, Илана все замяла бы?

– Пожалуй. Скажи ему сама.

– Прямо сейчас.

– Улыбайся побольше, – посоветовала Илана, открывая в ослепительной улыбке все свои отреставрированные зубы. Пластические операции на ее лице были совершенно незаметны. Она их явно делала, но никаких следов не осталось.

– По телефону?

– Хорошо. Ты его разозлишь, а я все улажу. Позвони мне, как только закончишь с ним.

Барри сидел на краю ванны, заинтересованно наблюдая, как Джастин накладывает тональный крем на скулы.

– Я жду не дождусь, когда мы наконец окажемся в Вермонте, – сказал он.

– Я тоже, милый, но не говори так громко. – Стелла попыталась напиться из унитаза. – Прекрати! – шлепнула ее Джастин.

Зазвонил телефон, оно подождала, пока включится автоответчик.

– Что дела? – послышался голос Голсуорси. – Как там поживает моя маленькая птичка?

– Это что за хрен?

– Клиент из Атланты, – объяснила Джастин, накладывая помаду. – Бешеный тип, и скорее всего еще и налакался.

Она проигнорировала сообщение и вышла – настоящее свидание в субботу вечером.

Пожилая пара, за которой они стояли в очереди в кинотеатр «Бикман», обсуждала, как одного конгрессмена обвинили в приставании к двенадцатилетней дочери делового партнера его жены.

– А что, двенадцать лет – уже возраст, – громко заявил Барри.

– Прекрати, – тихо предупредила Джастин. Женщина оскорбленно промолчала и спросила мужа:

– А как он вообще с ней встречался?

– Говорят, забирал ее из школы, – ответил муж.

– Эй, мужик, – запел Барри, – если поле поросло травой, я говорю: пора играть в мяч.

Пенсионерка обернулась посмотреть, кто это говорит. Джастин хотелось провалиться сквозь землю. Женщина внимательно ее разглядывала: что она делает с этим придурком.

Хороший вопрос. Пока он ходил за попкорном, она выбирала места и думала, откуда берутся эти отталкивающие пробелы в воспитании и вопиющие нарушения хорошего тона. Как может человек, который так чудесно целуется, быть таким вульгарным? Сегодня утром, например, когда она проснулась, он стоял на коленях около кровати в огненно-красном халате, как кинозвезда в летах. Он целовал ее руку и смотрел на нее так, будто не знал, что бы такого для нее хорошего сделать, да побольше. Достаточно ли этой нежности наедине, чтобы можно было забыть о его выходках на публике?

И вот она уже думает о смерти и разводе. Смерть все-таки лучше всего, не в чем упрекнуть ни одну из сторон, и наступающее одиночество скрашивается прекрасными воспоминаниями. Она выйдет за Барри Кантора, и он умрет молодым. Достаточно молодым, чтобы она смогла найти второго мужа на счет раз. Она почему-то не сомневалась, что найдет второго мужа. Проблема в том, чтобы найти первого. К тому времени, когда он вернулся с попкорном, люди уже расселись. И все-таки: надо что-то сказать.

– Больше не говори так. Ты поставил меня в неловкое положение.

– Ой, не начинай! – сказал он, передавая ей газировку.

– Ты поставил в неловкое положение себя.

– Ну, вот это уже мое дело. – Это будет очень скандальный развод.

Фильм был замечательный. Сложная любовная история в Лондоне времен короля Эдуарда, с интерьерами, костюмами и фарфором. Барри страдал и жаловался до самого ужина. Когда принесли мисо – японский суп, Барри схватил официанта за руку и провозгласил:

– Официант, кто-то чихнул в мой суп!

Все в ресторане обернулись и посмотрели на них.

Зачем он это делает?

– Все хорошо, – успокоила она официанта.

– НЕ хорошо! – закричал Барри, подцепив кубик тофу. – Кто-то чихнул, вы посмотрите на эти большие белые штуки!

Кто-то нервно засмеялся. Джастин мечтала, чтобы он провалился сквозь землю. Что с ним такое? Официант ушел, ухмыляясь. Она пила горячий, ароматный суп из чашки, прикрыв глаза. От теплого, влажного воздуха у лица она почувствовала себя сонным младенцем. Она допила суп и поставила чашку на стол.

Сцена окончена, и вот он опять перед ней. Смуглый и мужественный. Так трогательно, что он надел пиджак, чтобы отвести ее в кино. Барри смотрел на нее, прикрыв глаза. Ей нравился этот утомленный, ленивый взгляд, когда от долгого тяжелого дня и вина у него слегка опухали веки. За последние четыре года ни с кем ее отношения не выдерживали полутора месяцев.

И потому она больше об этом происшествии


41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>