ри.

Прозвучало холодно. Но он не обязан ничего Винсу объяснять.

__________

Мерзкий консьерж нахально отсалютовал Барри, и тот кипел всю дорогу в лифте. Он вошел, открыв дверь ключом. Джастин Лесли Шифф, эсквайр, тридцати двух лет, спала в зеленой футболке спиной к нему. Записка, которую он оставлял, исчезла.

Он запаниковал.

Она, наверное, ищет кого-нибудь с более густой шевелюрой. Он из распавшейся семьи. Она очень скоро узнает, что его отец живет на лодке с албанской уборщицей и смотрит «Си-Спэн»[3] минимум по шесть часов в день. В его семье есть банкроты и диабетики, а также куча совершенно безденежных родственников во Флориде и на Лонг-Айленде.

С другой стороны, «Си-Спэн» лучше, чем наркотики, а морская рыбалка в приличную погоду – это здорово. У матери – собственное дело, а он, Барри, управляет широко известными брэндами, которые – под его руководством – становятся ведущими в своих категориях. Он живет на Вест-Энд авеню, в квартире с видом на воду. Ладно, на небольшой участок воды. И вообще: у Джастин почти нет груди и она подписана на «Пост». Но это, наверное, не имеет значения, если все остальное – как надо, а кажется, так и есть. Постоянные отношения с хорошей женщиной – он не заслуживает такого счастья. Он разделся и залез к ней в кровать.

Она пошевелилась и открыла глаза.

– Привет, – прошептала она. Потом повернулась к нему, перекатила его на другой бок, обняла рукой за живот и прижалась к его спине. В этом было что-то очень трогательное.

Синяки на ступне и щиколотке были цвета спелых слив. Попытки отыскать ортопеда ни к чему не привели.

– Мне нужно в больницу. – Она чмокнула его, будто на прощанье.

– Ни за что на свете не пропущу такое событие, – объявил он, наблюдая, как она укладывает в сумку бутылку воды, трусы, носки, что-то в пластиковом контейнере и неоконченное вязание. Он заметил, что на щеках у нее всегда играет румянец – днем и ночью, дома и на улице. Это не загар и не от смущения, должно быть, у нее замечательное кровообращение. И еще кое-что немедленно запало ему в душу: ее лицо никогда не оставалось совершенно неподвижным, чувствовалась, что в душе у нее постоянно что-то происходит, и это отражается на ее лице, как прибытие и отправление поездов отражается на шелестящем информационном табло на Пенн-Стейшн. О чем она думает?

Джастин загадочно улыбнулась и поцеловала его в губы. У него было такое чувство, что он вот-вот вырвется из тюрьмы на свободу.
С минуты на минуту

В больнице Барри был внимателен и кокетлив. Трогательно было смотреть, как он вставал, чтобы привлечь внимание медсестер. Джастин ничего не могла с собой поделать: она думала о свадьбе. Такое может случиться. Он умен, он кажется искренним, он носит костюм. Если взаимоотношения и дальше пойдут в стиле вчерашнего вечера и если через месяц она все еще захочет с ним разговаривать – очень много если, но может и такое случиться, – почему бы и не выйти за него?

Блестящие рождественские украшения придавали травмпункту еще более угнетающий вид. Посетителей окутывал тяжелый лимонный запах дезинфицирующей жидкости. По висевшему на стене телевизору показывали гонки. Каждого истекающего кровью новопришедшего сначала игнорировали, а потом оделяли бланками и анкетами.

– Вон те двое, – шепнула она. – По-моему, он ее бьет. Погляди. Она старается не смотреть на него.

– Я только хочу, чтобы ты знала, – сказал Барри, щекоча носом ее ухо, – я ни за что не буду тебя бить – разве что ты это действительно заслужишь.

Джастин наслаждалась происходящим, несмотря на сильную боль и царившее кругом страдание. Через час Барри вышел купить чего-нибудь поесть. И почти тут же назвали ее фамилию. Санитар откатил ее кресло через лабиринт коридоров в рентгеновское отделение, которое находилось в другом здании. Джастин с остервенением вязала. Она не была уверена, что он понравится ее матери. Или это до катастрофы она рассуждала подобным образом? Минут двадцать спустя из-за угла появился Барри с коричневым пакетом в руке. Он нашел ее. Он – гений.

Он принес молочные коктейли и предложил ей на выбор ванильный или шоколадный. Она почувствовала себя в гостях у старого друга, которого давно не видела, когда сидишь за столом на кухне и впереди целые выходные, чтобы наговориться всласть.

– За один-единственный день, мисс Шифф, я видел вас в самых разных экстремальных ситуациях, – шептал он ей прямо в ухо. – Я вкусил вас во всех


15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>