Уилл Хант. Я загадал желание, и тут вы, мистер Эверси.

Колину казалось, что он дышит раскаленным воздухом, рука, державшая пистолет, слегка дрожала.

– Вы опустите свой пистолет, мистер Эверси, и пойдете со мной, иначе я сделаю в ее голове дырку. – Его рука, как большой мерзкий паук, легла на грудь Мэдлин. – Красивая грудь, – признал он.

Перед глазами Колина поплыла густая красная пелена. Он четко все видел, как в магическом кристалле: темные глаза Мэдлин, полные страха и гнева, ее вспыхнувшие щеки, пальцы, тщетно уцепившиеся за волосатую руку, обнимавшую ее за талию, бесполезный пистолет, спрятанный сбоку. Колин дрожал от закипавшей в нем злобы, но попытался оценить ситуацию трезво.

Это был грубый, жестокий человек, бездушный и опасный. Но неумный.

– О, конечно, застрелите ее, мистер Хант. А я отстрелю вам ваше достоинство. Простите, хотел сказать, что застрелю вашу лошадь.

Мужчина нахмурился, округлил глаза и повернул голову, раздумывая, о какой лошади идет речь.

Все это произошло за долю секунды, не именно столько потребовалось Колину и Мэдлин.

Колин схватил мужчину за руку, в которой тот держал пистолет, и отвел назад, а Мэдлин изогнулась и укусила его за руку, которой он удерживал ее за талию. Мужчина взвизгнул от боли, едва не выронил пистолет, а Колик правой рукой резко дернул вверх его штаны, чтобы причинить значительную боль мужскому достоинству, если, оно у него было.

Трюк удался. Уилл Хант вскрикнул, пистолет выпал из его руки и, слава Богу, не выстрелил.

В следующую секунду Колин поставил свой пистолет ему между глаз. Другой рукой он все еще удерживал высоко штаны мужчины.

– У меня одна пуля, мистер Хант, – вежливо сказал Колин, – и ничто не доставит мне большего удовольствия, чем выпустить ее в вашу голову и снести ее с плеч.

У вас есть какие-нибудь заболевания, представляющие интерес для медицины?

– Что? Нет! Я… – Он задыхался от боли в паху.

– Жаль. Значит, после смерти вы будете столь же бесполезны, как и при жизни.

Колин коснулся дулом пистолета лба мужчины.

– Мистер Эверси… – Мистер Хант дрожал, как студень, по лицу стекали крупные капли пота. Колин подтянул его штаны еще выше, и лицо мистера Ханта заметно побледнело.

– Вы хотите умереть прямо сейчас, мистер Хант? – как бы ненароком спросил Колин, словно просил передать солонку за столом. – Или через несколько секунд?

– Колин…

Откуда-то из мира здравого рассудка его тихо позвал голос Мэдлин. Он не слышал ее. Ему нравилось здесь, в красном тумане ярости. Он мучил Ханта и не собирался останавливаться.

– Приличная сумма, да, мистер Хант? Сто фунтов. Я вам сочувствую. Но убивал Роланда Тарбелла. Я бы никогда не позволил вам поймать меня, но если бы вы попытались сделать это честно, возможно, я бы даже проникся к вам уважением. Но теперь у меня непреодолимое желание убить вас забавы ради. Именно вам суждено сделать из меня убийцу. И если так, я вряд ли испытаю угрызения совести. Возможно, я даже буду счастлив, если меня повесят за то, что я вас убил.

– Колин. – Мягкий голос Мэдлин заставил его поторопиться.

– Свяжи ему руки, Мэд, – скомандовал Колин. – Руки за спину, мистер Хант, делайте это медленно.

Мистера Ханта била дрожь.

Мэдлин выудила из свертка


86  87  88  89  90  91  92  93  94  95  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>