В данном случае мы в последнюю минуту получили указание, когда уже были готовы ехать на кладбище, Но поскольку ваш дом находится по пути, мне было дано указание заехать и выяснить. В больнице Эддерли мы прилагаем все усилия, чтобы найти родственников тех пациентов, которые попадают к нам. И правительство всегда благодарно, когда родственники забирают тело.

Даже для самой Мэдлин вся история звучала нелепо, но либо искренность, с которой она ее рассказывала, либо упоминание о правительстве компенсировали этот абсурд. Иначе зачем абсолютно приличная женщина поедет с гробом через весь Лондон?

– Я пришлю сюда обеих Мэри, вы сами разберетесь, какая вам нужна. Может быть, войдете, миссис…

– Думаю, мне лучше остаться рядом с гробом, – благоразумно ответила Мэдлин.

– Вы правы, это мудрое решение, иначе здесь могут появиться похитители трупов.

Лежа в гробу на улице, Колин вдруг подумал, что последние несколько недель своей жизни он провел в небольших темных помещениях. Нельзя сказать, что в данный момент он испытывал дискомфорт. Но и комфортным это место не назовешь. Он практически не мог двигаться, всякий раз, когда вытягивал руки, крышка гроба приподнималась, между лопатками собирался пот, от соломы чесалось тело. В душу закрался страх, что в какой-то момент от него может потребоваться быстрая реакция.

Хотя в последнее время это так часто происходило, что он уже практически привык.

Колин стал размышлять. Что он сделает, если крышка гроба откроется и вместо Мэдлин он увидит кого-нибудь другого. Колин отвлекся на секунду, представив себе голубые глаза Луизы, но, кроме ужаса, в них он ничего себе представить не мог, поэтому отбросил эти мысли. Он сложил руки на груди, прикрыв пистолет. Он подумал, что мог бы изловчиться и ткнуть пальцами в глаза или…

Рука в перчатке снова коснулась его уха. Он согнул руку, чтобы дотянуться и ухватить его.

Мэдлин рискнула поднять на дюйм или чуть больше крышку. Колин даже успел разглядеть темные глаза и пушистые ресницы.

– У миссис Паллатайн две служанки по имени Мэри, она пришлет обоих. Вы можете дышать?

– Вполне.

– Чего еще можно просить от жизни? – прошептала Мэдлин.

Колин улыбнулся ей и увидел в ее глазах улыбку. Внезапно до стен его сосновой тюрьмы донеслись резкие женские голоса.

– Это мой, говорю тебе, Мэри. Пошла вон, – огрызнулся грубый женский голос.

– Откуда ты знаешь, что это твой, Мэри? – пожаловался другой голос.

Колин задумался: две Мэри. Повисла тишина.

– Я… знаю. – Голос этой Мэри был сродни низкому и мрачному ворчанию.

Убедительно, вынужден был признать Колин.

Снова наступила тишина. Потом, должно быть, вторая Мэри что-то пропищала, и Колин услышал удаляющиеся звуки ее шагов.

Колина поразило, что оставшаяся Мэри очень хотела заявить о своих правах на него. Впрочем, он знал почему. Эта Мэри, должно быть, посмотрела на гроб и сразу перевела его в денежный эквивалент.

Они нашли ту, которую искали.

Сердце Колина забилось в знакомом активном ритме, и он постарался подвинуться поближе ухом к дыркам в гробу.

– Вы совершенно точно уверены, Мэри? – осторожно и благоразумно спросила Мэдлин. – Мне сказали, что я должна привезти тело к вам, а вы знаете, что с ним делать.

– О да. – Теперь низкий голос девушки звучал по-деловому практично.


67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>