наморщил лоб, – ограбить нас? – Он украдкой посмотрел куда-то за спину Колина, видимо, надеясь увидеть мешки, набитые серебряными канделябрами. Но Колина Эверси обвиняли в убийстве, а не в воровстве.

– Я здесь, потому что мне нужна ваша помощь, Гарри. А вас я отпущу, если вы обещаете не кричать, Элеонора. Обещаете? В конце концов, мы друзья, разве нет? И в данный момент находимся в одинаково затруднительном положении. Согласны со мной?

Графиня быстро кивнула, и Колин медленно убрал руку, закрывавшую ей рот. Словно вода, прорвавшая плотину, из нее хлынул поток слов.

– Ради всего святого, что вы делаете в моем шкафу, в моих покоях, Колин Эверси? Боже мой, вам надо помыться! Я рада, что вы живы. Вы вонзили нож в того человека?

– Задавать вопросы буду я, леди Малмси, и буду задавать их Гарри. Зачем вы ходили в «Логово тигра», Гарри?

Этот вопрос шокировал лакея даже больше, чем вывалившийся из шкафа убийца. Он позеленел и ухватился руками за край туалетного столика, чтобы не упасть.

Колин очень хорошо знал, что находится на туалетных столиках женщин, потому что бывал в самых разных женских спальнях: от скромных до очаровательно вульгарных. Шарики румян для стремительных молодых леди, у других – маленькие хрустальные флакончики лавандового или гвоздичного масла, помады, а в случае его сестры – жидкость, с помощью которой волосы должны стать кудрявыми. Но ничего не получалось, и тогда Женевьева беззвучно плакала.

Лакей слабо взмахнул рукой.

– Просто… Она не знает об этом. Элеонора ничего не знает, – добавил он еле слышно. – Я хотел защитить ее, понимаете.

– Гарри… – леди Малмси резко обернулась, – чего я не знаю?

– Почему бы вам двоим не присесть? – Слова Мэдлин прозвучали как любезное приглашение, но она ткнула в них дулом пистолета, и у приглашения появился несколько другой оттенок.

Графиня и лакей послушно сели на кровать: скрип, скрип. Их взгляды были прикованы к пистолету Мэдлин. Рука Гарри скользнула по покрывалу и отыскала руку Элеоноры. Он положил ее руку себе на колени, желая ее успокоить.

Он заметил, как по лицу Мэдлин скользнула тень. Игра света? Дрогнул пистолет? Но ее рука никогда не дрожала.

– Где Малмси? Он в Лондоне?

– Малмси в Дувре. У него там дела, а мне он сказал, что я буду там скучать. Он очень заботливый. Другие города скучные по сравнению с Лондоном.

Скучные. Колин внезапно ощутил острую тоску по «скуке».

– А она должна вот так целиться? – обиженно добавила леди Малмси, чувствуя, что постепенно приходит в себя.

Колин бросил в ее сторону уничтожающий взгляд.

– Гарри, будьте любезны, отвечайте на мой вопрос. Мы торопимся, а для нас это очень важно. И позвольте мне представить… – он задумался, подбирая какое-нибудь острое словцо, но потом решил, что эти двое должны чувствовать уважение к ним, – мою компаньонку, миссис Грин.

Колин внимательно посмотрел на лакея. Тот был высокого роста и выглядел так, будто его только вчера выдернули с фермы. Крепкие мускулы никак не вязались с его пышным нарядом. У него было лицо человека, который обладал не очень гибким умом, но имел твердый характер. Колин много раз встречал такие лица в пабе и церкви в Пеннироял-Грин. Эти люди были слишком заняты работой на земле и уходом за скотом, чтобы как-то совершенствоваться. Колина это устраивало. Ему нравились те, кто быстро соображает, но он им не доверял, потому что одним


39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>