е охрана продавала издателям плакатов. Колин попался в изящную липкую сеть, сплетенную из длинной темной истории… и его собственных подозрений.

Теперь Маркус Эверси, старший брат Колина, тот, который несколько десятилетий назад выловил мокрого Колина из реки, следующие сорок или пятьдесят лет будет просыпаться рядом с Луизой Портер.

Йен заблуждался, решив, что эта новость утешит Колина. В конце концов, Маркус помог Луизе решить финансовые затруднения, и она, конечно, с благодарностью приняла его предложение о браке. Но эта новость занозой засела в голове Колина, и он не спал всю ночь. Хотя, если быть честным, Ньюгейтская тюрьма вряд ли могла способствовать спокойному сну.

Но у Колина был особый дар замечать то, чего не видели другие. Отчасти этот дар проявился в нем благодаря тому, что он был младшим сыном и поэтому понимал, что, возможно, был единственным, кто знал, что Маркус любит Луизу с тринадцатилетнего возраста и что Маркус, как и он сам, влюбился в нее на пикнике в Пеннироял-Грин.

Через неделю Маркус женится на Луизе.

А Колина уже через час повесят.

В доме Эверси на Сент-Джеймс-плейс стояла такая тишина, что голоса птиц, певших в саду, можно было бы принять за сопрано из «Ковент-Гардена». Это была радостная и замысловатая песня, с руладами, переливами и паузами, эхом разливавшаяся по комнатам.

«Птицы ничего не понимают», – подумал Маркус.

Отец Джекоб с матерью Изольдой, дети Йен и Чейз, Оливия, Женевьева и Маркус, оцепенев, сидели в гостиной, одетые в траурные одежды, в которых выглядели весьма эффектно. Траур шел к их темным волосам, бледной коже и голубым глазам, которые были у большинства членов семьи. У Чейза и Маркуса глаза были темного цвета. Что касается Колина… Маркус всегда считал, что цвет его глаз трудно определить. Он был необычным.

Колин приказал им не приближаться к Центральному уголовному суду сегодня.

– Не надо этого делать, – твердо заявил он. – Обещайте, что дождетесь меня дома, поговорите обо мне, если сможете, пока будете ждать, и заберете мое тело позже. Я хочу, чтобы гроб был с медными ручками, обитый голубым шелком, с хорошим замком.

Колин всегда знал, чего хочет.

Он хотел Луизу Портер. Сейчас, поскольку она скоро должна стать Эверси, она сидела вместе со всей семьей, но чуть поодаль, утонув в огромном кресле. Ее руки неподвижно лежали на коленях. Одна рука крепко обхватила за запястье другую, как будто Луиза поймала ее и пыталась подчинить своей воле или принудительно хотела удержать ее от…

«От чего?»– размышлял Маркус. От того, чтобы рвать на себе одежду и волосы? Нет, красота и воспитанность Луизы – это все, что она могла предложить в качестве приданого. Так что вряд ли она могла позволить себе нечто подобное. В отличие от прекрасной мисс Виолетты Редмонд, которой это отлично удавалось. Однажды мисс Редмонд грозила броситься в колодец из-за ссоры с поклонником и даже перекинула через край колодца одну ногу, прежде чем поклонник успел оттащить ее. Потом он благоразумно сбежал. Господи! Маркус понял, что он почти боится Виолетты Редмонд, хотя не боялся ничего. Как-то она уже стреляла глазами в его направлении, но Маркус знал, что он не тот мужчина, который сможет удержать ее рядом,


3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>