оклонился ей.

– Ой, ради Бога, Колин, сядь.

Он сел, Луиза присела с ним рядом. Колин даже представить себе не мог, о чем она думает. Она казалась спокойной и такой знакомой, но удивительно трудной для понимания сейчас.

– Ты замечательно выглядишь, – сказал наконец Колин.

– Колин…

Он улыбнулся. Ему не хватало ее голоса.

– А еще у тебя очень счастливый, вид, – торопливо добавил он. – Ты счастлива, Луиза?

На мгновение вид у нее стал беспомощный, она разгладила руками юбку, и Колин понял, что она нервничает.

Ему не хотелось, чтобы в день свадьбы ее мучили угрызения совести. Ни капли сожаления, ничего, кроме радости. К тому же он очень хорошо знал, что жизнь не всегда складывается, как хотелось бы. Он сделает все от него зависящее ради двоих близких ему людей.

– Луиза, я хотел сказать, ничто не делает меня счастливее, чем твой довольный вид. Я всем сердцем рад за тебя. И то же самое хочу сказать Маркусу.

Колин не стал добавлять, что Маркус уже знает об этом.

Луиза несколько мгновений внимательно изучала Колина, потом, очевидно, пришла к выводу, что он говорит искренне.

– Я люблю тебя, Колин.

Колин немного помедлил.

– Я знаю, Луиза.

Она улыбнулась:

– Ну разве это не ужасно говорить такое другому мужчине в день своей свадьбы, когда собственный муж стоит почти рядом?

– Очень смело с твоей стороны. И мне кажется, очень современно. Но я знаю, что ты имеешь в виду, Луиза.

Она опять улыбнулась и ничего не сказала.

«Ирония судьбы», – подумал Колин. В один и тот же день он услышал признание в любви от двух женщин, но при этом знал, что никогда не будет ни с одной из них.

Он не стал спрашивать Луизу, любит ли она Маркуса. И она и Колин знали, что Маркус любит ее так, как Колин просто не смог бы, потому что именно Маркус подходит ей, а она – Маркусу. Маркус любит Луизу так, как он, Колин, любит Мэдлин: с твердой уверенностью.

Возможно, Луиза не любит сейчас Маркуса, но это всего лишь вопрос времени. Но когда она оглянулась через плечо на своего мужа и Колин увидел ее лицо… Он заподозрил, что она уже любит его, хотя сама не знает об этом. Они созданы друг для друга.

– Мы не подходим друг другу, Колин, – неуверенно начала Луиза, – поэтому не можем стать мужем и женой.

– Я знаю. – Сказав это, Колин слишком поздно понял, что это был не самый лучший ответ в данной ситуаций.

Оба чувствовали неловкость и молчали.

– Тебе больно? – прошептала Луиза, словно делилась секретом с другом.

– Немного, – признался Колин.

– Мне тоже.

Они рассмеялись. И пусть им обоим было немного горько, но этот смех принес долгожданное облегчение.

– Я очень рада, что ты жив, что скоро с тебя снимут обвинение и ты будешь свободен.

– Я тоже. Иди к своему мужу, Луиза, к гостям. Я хочу поесть и помыться как следует, чтобы снова почувствовать себя человеком. Добро пожаловать в нашу семью. Я рад, что ты теперь тоже Эверси.

Поскольку теперь он был для нее как брат, Колин поцеловал Луизу в щеку. Он помнил, какая у нее нежная кожа. И если кто-то из тех, кто постоянно совал нос в чужие дела, а таких в Пеннироял-Грин было много, видел их вместе, Колина это нисколько не волновало. Таким людям всегда надо было о чем-то


103  104  105  106  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>