В школе ты был круглым отличником. Принстон окончил с отличием. Тебе сразу предложили отличную работу в Нью-Йорке. Так кто же справится, если не ты?

– Ну и что с того? – Кирк старался умерить энтузиазм матери. Он стремился уехать, а она изо всех сил пыталась оставить его дома. – Говорю же тебе, что у меня нет опыта, знаний и твердости тоже не хватает.

О чем он умалчивал, не признаваясь в этом даже самому себе, так это о том, что компания убила отца. Так что же будет с ним?

Главной продукцией «Дирборн Пейпер энд Принтинг» были брошюры с техническим описанием автомобилей. Типографии компании печатали также годовые отчеты крупных автомобильных фирм из Детройта, рекламные брошюры и буклеты. На другой линии печатались карты туристических маршрутов различных районов страны – Новой Англии, атлантического побережья, Роки-Маунта, Юго-Западных штатов, Дальнего Запада. Эти карты раздавались бесплатно на заправочных станциях.

И Элисса, и Кирк, и Скотт знали, что Клиффорд Арнольд все силы вкладывал в дело, основанное его отцом. Тот ни в какие авантюры не пускался, и компания благополучно пережила гуверовские годы, превратившись в небольшое, но вполне прибыльное семейное предприятие. В сороковые и пятидесятые доходы его росли, и под руководством Клиффорда Арнольда дело значительно расширилось. И ничего, казалось, не могло помешать дальнейшему процветанию Арнольдов. Ничего, кроме душевного расстройства, под названием «маниакальная депрессия», о котором тогда мало кто знал.

Становясь богаче, Клиффорд Арнольд все больше уверовал в собственную непогрешимость. С ростом его доходов увеличивалось и его самомнение. Клиффорд все убыстрял и убыстрял рабочий темп, пока, наконец, не утратил контроль за его скоростью. Когда нужны были новые мощности, он покупал типографию; когда требовалось расширить продажу распространяемой продукции, он покупал автомобильную фирму; нужна была бумага – он покупал бумажную фабрику. В конце концов, он стал владельцем нескольких тысяч акров канадского леса, компаний по производству грузовых автомобилей, по изготовлению химикалий для обработки древесины и даже литейного цеха, производившего свинец для печатных машин.

Закупочная мания была одним из ранних симптомов болезни, хотя в то время это никому не приходило в голову. Расточительство тоже являлось одним из ее признаков.

Становясь богаче, Клиффорд Арнольд расшвыривал деньги направо и налево. Рубашки и костюмы он заказывал дюжинами, в шкафах висели сотни галстуков, на полках лежали десятки свитеров, а обуви было столько, что пришлось вызвать плотников достраивать новые полки.

– Боже мой, Клиффорд, – говорила Элисса, – зачем тебе столько?

– Я не хочу, чтобы мне чего-нибудь не хватало, – отвечал он. – Я боюсь, что чего-нибудь вдруг не хватит. – Потом, намного позже, стало ясно, что говорил он не о вещах – он боялся, что ему не хватит жизни.

Однажды он купил новый «кадиллак», наездил сорок две мили и поставил в гараж, заявив, что ему не нравится цвет. Эта история превратилась в семейный анекдот. Последние рождественские праздники в жизни Клиффорда вылились в оргию дарений: подарки поднимались до самой верхушки рождественской елки, теснились на креслах и диванах, загромождали холл, гостиную, гараж. Элисса стеснялась приглашать гостей. Она считала, что неприлично так демонстрировать собственное богатство.

– Но мне нравится дарить, – говорил Клиффорд. – Я обожаю делать подарки. Не лишай меня этого удовольствия.

Элисса покорялась. Да и что ей оставалось делать?

Клиффорд был удивительно энергичен. На сон ему требовалось совсем мало времени. Казалось, этот человек способен быть одновременно повсюду, решать проблемы, которые другие находили неразрешимыми, работать без устали, избегая неудач. Он излучал энергию, идеи одна за другой рождались в его голове, но в какое-то время вдруг стали проявляться и другие качества натуры Клиффорда Арнольда. Он сделался на редкость раздражителен, срывался по пустякам, оскорблял опытных работников так, что они вынуждены были увольняться.

Однажды он едва не задавил ребенка. Решив, что свет на перекрестке слишком долго не переключают, Клиффорд нажал изо всех сил на акселератор и проскочил мимо школьника, ехавшего на велосипеде, так близко, что на крыле остался след от металлической застежки ранца. Клиффорд испугался. Однако и после этого случая он по-прежнему, несмотря на все усилия, часто впадал в бешенство.

– Мистер Арнольд, я считаю, что вам не надо покупать эту землю, – сказал ему как-то ревизор. – Вы превысили банковский кредит, наличных едва хватает, чтобы покрыть страховку…

– А я считаю, что надо, – почти что взревел Клиффорд. Кончилось дело тем, что он уволил этого работника. – Вы счетовод и всегда им останетесь, – бушевал он. – А я – гений и всегда буду гением!

Клиффорд поступил по-своему и подписал документы на покупку ста пятидесяти акров земли во Флинте под строительство фабрики. Через шесть месяцев, как и предсказывал «счетовод», платить по накладным было нечем. Ему пришлось продать за бесценок бумажную фабрику, но еще через восемь месяцев, когда во Флинте случился пожар, выяснилось, что Клиффорд не подписал договор на страховку.

– Это моя вина, – сказал он Элиссе. Подобно тому, как все успехи он приписывал только себе самому, за неудачу он тоже готов был нести полную ответственность. – Все это моя вина.

– При чем тут ты? Ведь загорелся подземный склад с горючим. Все началось с короткого замыкания, – Элисса не могла понять, почему муж так настаивает на своей вине, не знала, чем помочь ему. Она еще не понимала, что он вообще нуждается в помощи. – Так сказали в пожарной команде. Ты тут ни при чем.

– При чем, при чем, – нетерпеливо прервал ее Клиффорд. – Если бы я там был, ничего бы не произошло.

– Но ты ведь не Бог, – Элисса отчаянно пыталась пробиться к разуму Клиффорда. – Этот пожар никто не мог предотвратить.

Кирк, который в это время находился за тысячу миль от дома, в Принстоне, так ничего и не узнал об этом случае.

Если бы Клиффорд был игроком,


89  90  91  92  93  94  95  96  97  98  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>