я, Джейд наверняка бросит его, если узнает (хотя непонятно почему), он продолжал:

– Всего лишь одни выходные. Мы поехали бы в какое-нибудь чудесное местечко. Гуляли бы по лесу. Читали бы, сидя у камина. Приготовили бы ужин. Накрылись бы большим пуховым одеялом. Я бы обнял тебя и никуда не отпускал. Неужели нельзя найти какой-нибудь предлог?

– Нет, – грустно сказала она. – Кирк знает, что по выходным я никогда не работаю.

– Но ведь всегда что-нибудь случается в первый раз. Она молча покачала головой и поцеловала его.

Любовные отношения с Джейд, которые явно улучшились после знакомства Джорджа с Кэрлис, начали испытывать некоторые трудности. Джордж впервые подумал об этом, когда был с Кэрлис в «Ридженси». Савенну понравился проект галантереи Хичкока, и строительство пошло полным ходом. Они встретились с Джейд после закрытия магазина, чтобы посмотреть, как идут дела. Потом зашли в «Макдоналдс» съесть по гамбургеру. Джейд была в необыкновенно приподнятом настроении. Она сказала, что сегодня они со Стивом заключили первый контракт – с фабрикой по производству простыней и полотенец. За этим стоят большие деньги, потому что пойдут доходы с продажи. Потом Джейд заговорила о том, что к осени хорошо бы купить шубу; дилемма, очаровательная дилемма, состояла лишь в том, что лучше: лисий мех или норка? А может, соболь? От возможностей кружилась голова. Она сказала Джорджу, что у нее есть для него сюрприз.

– Угадай, что? – спросила она, по обыкновению, нетерпеливо.

– Ну, что?

Она открыла сумочку и протянула ему листок бумаги. Это был оплаченный чек на покупку стереосистемы новейшего образца. Стоила она дорого.

– Что это? – спросил он неожиданно хриплым голосом.

– Ты же говорил, что наш проигрыватель никуда не годится, – сказала она. – Ну, вот я и решила сделать тебе подарок, – глаза ее сияли. – От меня – с любовью.

Установку я решила предоставить тебе, ты лучше с этим справишься.

– Спасибо, – сглотнув слюну, сказал он, умалчивая о том, что сам собирался это сделать, но отложил до тех пор, пока с галантереей не будет покончено и Савенн полностью не расплатится с их фирмой. – Замечательно! – Он постарался, чтобы слова его прозвучали искренне; Джордж гнал от себя чувство, испытанное, когда Эзра Тайдингс протянул ему ключи от нового дома. – Просто замечательно!

Всю дорогу домой Джейд держала его за руку, а когда они легли, начала медленно и любовно покрывать его лицо поцелуями, как всегда, когда хотела заняться любовью. Он начал целовать ее в ответ, хотел откликнуться на ее желание – и понял, что ничего не может.

– Боюсь, я совершенно выдохся, – сказал он, отодвигаясь от нее. – Неделя была просто жуткая.

– Это уже в третий раз за последний месяц, – Джейд не отпускала его, как бы давая понять, что любит, сочувствует, что его проблемы – это и ее проблемы. – Что-нибудь не так?

– Все так! – взорвался он. – Только, ради Бога, оставь меня в покое!

Он любил Джейд, но она стала утомлять его. В отличие от Ины, она не бегала за деньгами к отцу или к кому-то еще. Она сама могла себе позволить все, что угодно. Ничья помощь ей была не нужна. Иногда он задавался вопросом: а он-то ей нужен? Беда заключалась в том, что она ему была нужна – и как женщина, и как профессионал.

Когда Джордж женился на Ине Тайдингс, он знал, что в смысле карьеры это бесценное приобретение. С Джейд дело обстояло иначе. Она не только связывала его с нужными людьми. Она давала ему то же, что и Стиву – энергию и вдохновение, так, что, работая вместе с ней, он добивался лучших своих результатов. Работая с ней – сначала над оформлением магазина «Хартли», затем выставочного зала, наконец, галантереи, Джордж, в конце концов, выработал индивидуальный стиль. Он и сам отдавал себе отчет в том, что прежние его работы были хороши, но слишком робки; приятны, но подражательны; симпатичны, но традиционны. В содружестве с Джейд они приобрели неповторимую выразительность, Современные, но романтические, броские, но не вызывающие, они несли на себе отпечаток личности творца, и впервые в жизни Джордж из ведомого превратился в ведущего. «Стиль Кураса – Голдберга», как окрестили его журналисты, был на самом деле стилем Джейд Маллен, и Джордж это отлично сознавал.

Чем яснее ему становилось, что без Джейд ему не обойтись, тем очевиднее было, что и без Кэрлис обойтись он тоже не может.

– Я даже раз в неделю с тобой не вижусь, – говорил Джордж. – Хотя бы день ты можешь мне уделить?

Кэрлис пожимала плечами, лгала Кирку больше, чем хотелось бы, и сокращала свой рабочий день. В начале июля раз в неделю они все-таки виделись. Но этого было мало.

– Ты – как наркотик, – говорил Джордж. – Чем больше потребляешь, тем больше хочется.

– Да, я знаю, – отвечала Кэрлис. – Ведь и со мной происходит то самое.

– А что ты говоришь Джейд? – спросила Кэрлис в конце июля, когда им удавалось встречаться раз, а то и два в неделю. Погода становилась все жарче, а с нею разгоралась и страсть.

– Ничего, – он не хотел говорить с Кэрлис об этом. Джейд для него – все. Пусть он неверен ей как любовник, во всем остальном предать ее он не мог. – Она много разъезжает, я тоже.

– Ты хочешь сказать, что, находясь здесь, ты на самом деле пребываешь в Чикаго?

– Вот именно, – с улыбкой ответил он, очерчивая пальцем овал ее груди. – А теперь давай-ка сменим тему.

К началу августа Кэрлис, захваченной страстью, удавалось встречаться с Джорджем дважды в неделю. Они взяли за правило никогда не появляться дважды в одном и том же отеле, и единственное, что беспокоило Кэрлис, это то, что Джордж просил ее заказывать номера.

– Говори, что ты моя секретарша, – советовал он – Так будет лучше всего.

Но лучше от этого не было. Кэрлис удавалось обманывать Кирка, не испытывая особых угрызений совести, но она терпеть не могла лгать гостиничным клеркам. Ей было противно выдавать себя за кого-то другого, и она не могла заставить себя называть


84  85  86  87  88  89  90  91  92  93  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>