овницей. Она стала женой. На нее можно положиться, она всегда под рукой, ее можно даже любить – если, конечно, мужу до того. Кэрлис старалась примириться с этим. Она говорила себе, что все браки таковы: роман кончается, страсть иссякает, и воцаряется привычка. Поначалу ей не приходило в голову, что она повторяет путь, пройденный Бонни, что чувствует она точно то же. Ей не приходило в голову, что у них с Бонни не только один и тот же муж, но одна и та же судьба. Поначалу, как и Бонни, ей был просто нужен кто-то, с кем можно было поговорить.

Весной 1982 года, возвращаясь из Бостона в Нью-Йорк, Кэрлис оказалась в самолете рядом с человеком по имени Джордж Курас. Это был темноволосый мужчина с чувственными чертами лица и янтарного цвета глазами. Был он не просто привлекателен – по-настоящему красив, таких она раньше никогда не видела. Кэрлис оставалась на месте и, когда подошла стюардесса, заказала кофе. Интересно, подумала она, хватит у меня смелости заговорить с ним? Пожалуй, да. В этом как раз и. заключалось одно из больших преимуществ замужней, устроенной в жизни женщины, перед женщиной одинокой и неустроенной.

Джордж заметил Кэрлис потому, что, хоть и жил он сейчас с Джейд, женщин замечал всегда. Женщины редко летают из Бостона в Нью-Йорк, – а красивые женщины и подавно. Она села рядом с ним и перекинула ногу на ногу. При этом от него не укрылось, как под отлично сшитым голубым костюмом на мгновение мелькнул краешек комбинации. Он отметил ее дорогой кожаный портфель, запах изысканных духов, золотое обручальное кольцо. Вообще-то Джорджа не привлекали замужние женщины, но сейчас он пытался сообразить, с чего же начать разговор. Зажегся сигнал «Пристегните ремни».
Часть II ОДИНОКАЯ ЖЕНЩИНА

Замуж? Я? Да ни в жизни! Одного раза с меня вполне достаточно.

Джейд Маллен. 1977 год

Глава I

ВЕСНА 1977-го – ЗИМА 1978-го

МАНХЭТТЕН

Джейд и Джордж, Джордж и Джейд. У них был очень современный роман. Когда они встретились впервые, она была замужем, а он был женат. При новой встрече оба были в разводе.

Проблемы возникли не сразу. В начале все было просто, как у всех женщин и мужчин в те нервические семидесятые. Они запомнили, как сразу их потянуло друг к другу, – такое нечасто бывает.

Это было ранней весной 1977 года, на новоселье, где-то в самом конце Пятой авеню. Мансарда принадлежала Тициану Феллоузу, последнему представителю некогда аристократической, а ныне выродившейся семьи из Саванны, штат Джорджия. Тициан, со светлыми, как у альбиноса, волосами и стройный, как тополь, оставил бурную жизнь повесы и сделался модным и процветающим фотографом. Джейд доводила до кондиции несколько самых известных фотографий, а Джордж спроектировал для него новое жилье, которое было одновременно и студией. Гости пили «Перье» и белое вино; «Брие» выходило из моды, уступая место «Шевре»; все начали увлекаться бегом и разными гаданиями. Из стереопроигрывателя доносился голос Мэри МакГрегор – она исполняла шлягер «Между двумя любовниками». Джейд посматривала на мужчин в комнате, а Джордж стоял в стороне, ожидая начала вечера.

Джорджу она сразу понравилась: волосы цвета влажного песка; поразительные карие глаза с золотистыми крапинками; чувственный рот, губы, вызывающе выкрашенные в помаду цвета американского флага. В тот вечер на ней была гофрированная блузка с двумя высокими воротничками – один ярко-красный, другой – пронзительно-голубой. Блузка была заправлена в темные легкие брюки и подхвачена богато украшенным ковбойским поясом ручной работы.

В мансарде было полно красоток модельерш, модных фотографов, загорелых, с иголочки одетых фланеров с Седьмой авеню, до блеска отутюженных редакторов дамских журналов и художников. И все равно Джейд привлекала всеобщее внимание. Джордж заметил ее, едва войдя в комнату, и сразу же выделил в толпе. Его поразило, насколько она переменилась после их последней встречи: была незаметной – стала яркой, была заурядной – стала особенной. Она была неотразима и неприступна, но Джордж был из тех мужчин, которые не знали «сопротивление» женщин.

– Джейд Хартли, – произнес он, слегка коснувшись ее волос. Он вдыхал запах ее духов, слышал легкое потрескивание нейлоновой блузки, видел блеск ее глаз и волос. Встречались они в Нью-Йорке, но он знал, что живет она в Форт Уэйне, штат Индиана.

– Джейд Маллен, – поправила она, улыбаясь в ответ и думая, что если кого из мужчин и можно назвать красивым, то это, бесспорно, Джордж Курас. У него были густые темные волосы; точеные черты лица; жемчужно-белые зубы; безупречная оливковая кожа; проницательные живые янтарные глаза. И все же самым привлекательным в облике Джорджа было нечто неуловимо-чувственное, почти женственное. Это Джейд по-настоящему ценила в мужчинах, особенно на фоне стопроцентных американских убийц, вроде того, за которым она когда-то была замужем.

– Маллен? – удивился он, слегка приподнимая брови. Наверное, развелась, без особой уверенности подумал Джордж. А может, просто вернула себе девичье имя, – сейчас многие женщины так делают. – Как там Барри?

– Мы развелись, – ответила Джейд. В голосе была твердость, во взгляде – тоска.

– Жаль, – сказал он, и взгляд его потеплел. Ему было жаль, что она переживает. А что развелась – вовсе нет.

– Я тоже, – добавил Джордж, криво усмехнувшись. – Развелся. – Теперь была ее очередь выражать сожаление, хотя удивляться было нечему. Ведь она знала Джорджа, когда тот был женат. Джейд помнила, как его партнер Ролли Леланд, человек в семейной жизни счастливый, завидовал донжуанскому списку Джорджа.

Она помнила шутки насчет записной книжки Джорджа и кладбища разбитых женских сердец. Наверное, его жене все это надоело, и она оставила его. Джейд была на ее стороне – она бы поступила точно так же. Впрочем, почему «бы» – она так и поступила.

– Другую нашли? – спросила Джейд, полагая, что так оно и есть. Из тысячи всегда найдется кто-нибудь, кто уведет от жены такого мужчину.

– Я – нет, – покачал головой Джордж. – Она нашла.

– О, – Джейд смутилась и не нашла


35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  
return_links(2); ?>


return_links(1); ?>
return_links(1); ?> return_links(); ?>